Четверо программистов Atari потребовали имя на коробке — и изобрели издательскую индустрию

Весной 1979 года по Atari разошлась внутренняя записка с разбивкой продаж по картриджам. Из неё следовало, что из тридцати пяти программистов компании четверо сделали игры, дающие около шестидесяти процентов продаж. Эти четверо — Дэвид Крейн, Алан Миллер, Боб Уайтхед и Ларри Каплан — получали фиксированную зарплату, не имели отчислений и не значились нигде: ни на коробке, ни в инструкции, ни в рекламе.

В мае они пришли к главе Atari Рэю Кассару с предложением, устроенным по образцу звукозаписи: автор получает процент с тиража и своё имя на обложке, как музыкант на пластинке. Кассар отказал, и его формулировки разошлись по индустрии в нескольких версиях: программист не важнее рабочего, который собирает картриджи на конвейере, а таких, как вы, «десяток на дюжину».

Компания, построенная на титрах

1 октября 1979 года четверо ушедших вместе с Джимом Леви, менеджером из музыкального бизнеса, зарегистрировали Activision — первого в мире независимого издателя игр для чужой платформы.

Модель была буквально скопирована с индустрии пластинок. Имя автора печатали на коробке. В инструкции программисту отводили целую страницу с фотографией и рассказом о том, как он придумывал игру. Отчисления считали с тиража. Отдельно работали Activision Patches: пришли фотографию своего рекорда на экране — получи нашивку с эмблемой игры. Это, по сути, первые достижения в индустрии, за девятнадцать лет до того, как их придумали заново.

Atari подала в суд в 1980 году: коммерческая тайна, патенты, бывшие сотрудники. Дело закончилось мировым соглашением в 1982-м — Activision начала платить Atari отчисления, и вместе с этим стороннее издательство стало легальной, описанной практикой.

Судебное урегулирование 1982 года — это документ, которым индустрия разрешила себе иметь издателей.

Оборотная сторона победы

Дальше произошло то, чего никто не заказывал. Раз стороннее издательство законно, издателем может стать кто угодно — и стал. К 1982 году игры для Atari 2600 выпускали десятки компаний, включая пищевой концерн Quaker Oats. Полки завалило картриджами, различить которые по коробке было невозможно, розница не смогла продать закупленное, и в 1983-м рынок сложился.

Ответ Nintendo в 1985 году был прямой реакцией на этот прецедент: чип блокировки 10NES в консоли, лицензионное соглашение с ограничением на число игр в год, печать картриджей только на своих мощностях. Платформа снова забрала себе право решать, кто издаётся.

Сам Крейн в 1982 году написал Pitfall! — игру, разошедшуюся тиражом больше четырёх миллионов и почти год продержавшуюся на первом месте. Имя автора на коробке при этом стояло.

Любой сегодняшний спор о комиссии магазина, о праве платформы отклонить игру и о том, кому принадлежит аудитория, — продолжение той встречи в мае 1979 года. Изменились проценты, а вопрос остался тот же: кто здесь автор и на каком основании ему платят.